Uasdan.com > Суд. Уаздан > БАНДИТ БИБИЛОВ "ВСПОМНИЛ", ЧТО БАНДИТ КОКОЙТЫ ОГРАБИЛ СПЕЦСЧЕТ.

БАНДИТ БИБИЛОВ "ВСПОМНИЛ", ЧТО БАНДИТ КОКОЙТЫ ОГРАБИЛ СПЕЦСЧЕТ.


20 августа 2018. Разместил: Артур

Куда ушли миллионы со Спецсчета?



Президент Южной Осетии потребовал вернуть беспроцентные кредиты, выданные из средств Спецсчета после войны 2008 года. Анатолий Бибилов поручил создать рабочую группу из сотрудников Генпрокуратуры и администрации президента, чтобы разработать механизм возврата 300 миллионов рублей.

Госсоветник президента и член Наблюдательного совета Алан Джуссоев заявил, что совет не имел права выдавать беспроцентные кредиты. Процесс возвращения средств осложняется тем, что в большинстве случае договоры не заключались и сроки возврата кредита документально не фиксировались. Джуссоев заявил «Эху Кавказа», что «рабочая группа пока не выработала никакого механизма возврата денег».

Указом президента и постановлением президиума правительства в 2008 году в Национальном банке был открыт Специальный счет. В мае 2009 года был создан Наблюдательный совет при презенте по целевому и рациональному использованию средств, который с мая 2009 года по январь 2012 года возглавлял тогдашний зампредседателя правительства, министр здравоохранения и социального развития Нугзар Габараев. В 2012 году Генпрокуратура возбудила против Габараева уголовное дело, обвинив в нецелевом расходовании средств. Он категорически отрицает обвинения в свой адрес. Габараев рассказал «Эху Кавказа», как распределялись средства Спецсчета в период президентства Эдуарда Кокойты:


«Я имел такое же право голоса, как и остальные семь членов совета. Я поднимал руку и голосовал «за» или «против». Все. Затем слово было за парламентом. Я не могу понять, какие ко мне претензии? Я не инициировал писем, мы получали письма. Например, Арсен Гаглоев – руководитель администрации президента, имеет право написать письмо? Он пишет, просим рассмотреть возможность оказания материальной помощи, например, герою войны, ему требовалось лечение, у него туберкулез был. Мы его отравляли в Москву, в Институт туберкулеза. Очень дорогостоящее лечение. Наблюдательный совет решил, что нужно оказать помощь, протокол составили и отправили в парламент. Парламент подтвердил. Какие ко мне претензии, объясните?!»

Нугзар Габараев говорит, что окончательное решение о выдаче денег принимал парламент:

«Парламент, если одобрял или отклонял, то дальше это получало развитие. Фактически Наблюдательный совет имел только совещательный голос. Он мог только предложить. Он не мог решать, кому, когда и сколько выдать, понимаете?»

Бывший спикер парламента, лидер КПРЮО Станислав Кочиев говорит, что одобрение парламента в те годы было формальным явлением, так как законодательный орган контролировали сторонники экс-президента Эдуарда Кокойты:

«Я знаю, как выдавались эти кредиты. Парламент не с самого начала был привлечен к взаимодействию с Наблюдательным советом. Парламент давал согласие или отклонял… В большинстве случаев парламент выносил положительное решение и выдавал кредиты, потому что тогда в парламенте преобладали сторонники Эдуарда Кокойты и они составляли большинство. Они поддерживали решение президента о выдаче кредита. Это партии «Единство» и «Народная партия». КПРЮ была в меньшинстве. Вопрос о выдаче многомиллионного кредита Маиру Санакоеву наша фракция – восемь человек – дважды отклоняла, мы голосовали против, но все равно он получил эти суммы. Последние годы он на сессии вообще не появлялся. Я депонировал его зарплату и отозвал его служебную машину, позвонил в ГАИ. Его обязанности исполнял Вадим Цховребов, депутат «Единства» (член Наблюдательного совета по Спецсчету). Вопросами контроля мы не занимались. Давали согласие или несогласие. Вопрос законности выдачи кредитов должна решать прокуратура. В парламенте есть все протоколы, кто как голосовал, и пусть прокуратура их проверит. Было много случаев, когда можно было поспорить о законности их выдачи. Частным лица нельзя было давать столько кредитов, потому что многие взяли кредиты сроком на 49 лет, и считай, что это безвозвратные кредиты, когда такой срок устанавливался».

Нугзар Габараев говорит, что определение сроков возврата кредитов не входило в компетенцию Наблюдательного совета:

«Сроки должно было определить Министерство экономики, потому что бизнес-план оно утверждало. Возвратом кредитов должен был заниматься мой преемник Сиукаев, он пять лет занимал эту должность».

Бывший глава Наблюдательного совета вспоминает, что возмущение оппозиции вызвал факт выдачи двум фондам – «Возрождению» (возглавлял бывший главы парламентского комитета по налогам и бюджету Маир Санакоев) и «Патриоту» (возглавлял нынешний министр обороны РЮО Ибрагим Гассеев) – крупных средств для нужд военнослужащих и участников обороны республики во время августовской войны 2008 года. По его словам, это было поручение экс- президента Эдуарда Кокойты, с соответствующим письмом в совет обратился тогдашний руководитель администрации президента Арсен Гаглоев:

«Мы получили письмо президента, просим рассмотреть возможность выделения кредитов членам фонда «Патриот». На каком основании я мог отклонить письмо президента? Члены Наблюдательного совета приняли решение – можно оказать помощь в форме кредита, не в форме подарка, субсидии, отчуждения, а кредита. Парламент подтвердил. У нас в положении не было написано, что мы должны были контролировать. Была Счетная палата. Мы планировали график исполнения работы и возврата кредитов. График этот проверялся председателем Счетной палаты Батразом Таказовым. Он входил в состав Наблюдательного совета. У него все документы имелись. И я все тоже оставил, когда уволили. Куда они их дели, это их проблемы. На заседаниях правительства Таказов докладывал, что порядка 95% все идет нормально, есть и нарушения. Все указано. Членами Наблюдательного совета были и работник Генпрокуратуры, и председатель Счетной палаты, и министр финансов, зампред главы парламента, депутат парламента. Эти списки общеизвестны. Контролировал это все председатель Счетной палаты Таказов. Неоднократно все проекты обходили и проверяли ход их выполнения… Когда мы работали, к нам вопросов не было. А когда я уехал, вопросы появились. На момент моего увольнения на счету оставалось более 240 миллионов рублей. Валютные счета никто не трогал. Ни евро, ни доллары. Больше миллиона долларов и около 20 тысяч евро. Никто ни одного доллара оттуда не трогал».

Хотя бизнес-проекты проходили согласование в Минэкономики, не все из них были профинансированы полностью, говорит депутат парламента от Народной партии Амиран Дьяконов:

«Часть денег была выдана, а остальные деньги уже нет, и поэтому проекты не были реализованы, и лица, взявшие эти ссуды, не смогли открыть бизнес, следовательно, и вернуть кредиты не могут. Многие, кто взял кредит, умерли, нет в живых многих ребят», – говорит Дьяконов.

Нугзар Габараев говорит, что президент прав, требуя вернуть беспроцентные кредиты:

«Бибилов прав. Почему? Это были кредиты. Это не были пособия. Это не было формой субсидий в форме отчуждения. Те, кто получал кредиты, они же знали, что надо будет возвращать. Президентом было принято решение оказать социальную помощь в виде беспроцентного кредита. Но это был кредит. Я настоял на том, чтобы это был кредит. Но были и такие мнения, что «эти деньги надо раздать, ребята воевали». А я сказал: «Воевали все». Помочь нужно, да. Но эти кредиты должны быть возвратные, чтобы фонд постоянно наполнялся, чтобы он не исчез. Это было мое предложение. И мы приняли решение, что это будет социальный кредит, что после того, как человек откроет парикмахерскую, магазин, неважно, он должен их вернуть».

Лидер коммунистов Станислав Кочиев считает, что кредиты должны быть возвращены, но опасается, что этот вопрос станет «лакомым куском, используемым в политической борьбе».

По официальным данным, для оказания помощи пострадавшим в Южной Осетии в ходе грузинской агрессии 2008 года в республику поступило 1 миллиард 12 миллионов 3 тысячи 146 рублей, 2 миллиона 125 тысяч 230 долларов, 23 тысячи 350 евро.

Генеральная прокуратура ставит под сомнение законность выдачи 240 миллионов рублей в качестве беспроцентных кредитов.

Узнать мнения преемников Нузгара Габараева – председателей Наблюдательного совета Джемала Джигкаева, Родиона Сиукаева и Алана Козонова – не удалось. Они были недоступны для комментариев.


Вернуться назад