Uasdan.com > Суд. Уаздан > Экономика Ти-Билизма.

Экономика Ти-Билизма.


6 января 2017. Разместил: Артур

Цхинвальская модель. Экономика, которая не хочет расти



Предпринимательство в Южной Осетии задыхается без помощи государства, без дешевых кредитов

Поделиться

Print

Смотреть комментарии

Без мотивации, без государства, без бизнеса, но с российской помощью – таковы экономические итоги 2016 года в Южной Осетии.

По мнению югоосетинского экономиста Геннадия Кокоева, в 2016 году не случилось какой-то заметной позитивной динамики в экономике:

«Не случилось прорыва в экономике, и сложно было его ожидать. Потому что в руководстве до сих пор нет ясного целеполагания. Пока не ясно, что конкретно хотят сделать руководители, каким они видят будущее Южной Осетии с экономической точки зрения. Понятно, что никаких планов комплексных разработано не было, из-за чего у нас имеет место быть стагнация. А вкупе с инфляцией российской валюты на уровне 6%, а на деле по товарам первой необходимости она зашкаливала и за 20, и за 30%, мы получили рецессию. Это тревожный звонок, потому что если кардинально не поменять подходы, это положение будет усугубляться».


Главная проблема, говорит Геннадий Кокоев, отсутствие подвижек в реальном секторе.

В республике реализуются отдельные, показательные проекты, которые должны продемонстрировать развитие, но на деле они отвлекают большую часть кредитных ресурсов и при этом мало что дают республике. Например, в предместьях Цхинвала началось строительство мясокомбината, на котором планируется перерабатывать привозное из России мясо.


Владелец строящегося предприятия – российская компания «Евродон» – получила под этот проект кредит в 156 миллионов рублей. Предполагается, что на мясокомбинате будет создано 30 рабочих мест. Т.е. пять миллионов за одно рабочее место: согласитесь, не самое лучшее соотношение для бедной республики, тем более, что предприятие не ориентировано на местное сырье.

В республиканском бюро по трудоустройству зарегистрировано около трех тысяч безработных. Геннадий Кокоев убежден, что реальная безработица, даже по самым оптимистическим оценкам, выше в полтора раза, т.е ближе к пяти тысячам. В республике, по последним данным ЦИК, 33 тысячи избирателей. Отнимите отсюда пенсионеров и студентов, и получится, что приблизительно каждый четвертый – безработный.


При этом, по данным Геннадия Кокоева, в Южной Осетии зарегистрировано порядка 1200 индивидуальных предпринимателей, всего же субъектов предпринимательства в республике около полутора тысяч.


Это на бумаге, а на деле бизнес задыхается без помощи государства, без дешевых кредитов. Недавно парламент было принял закон о льготном кредитовании малого бизнеса, но этот закон, по оценкам местных экспертов, вряд ли заработает.

Помимо всего прочего, экономика стала еще и заложником предстоящих в 2017 году выборов президента, в которых намерены участвовать действующий президент Леонид Тибилов и спикер парламента Анатолий Бибилов.


В итоге складывается довольно странная ситуация: есть российская помощь, есть люди, готовые одолжить эти деньги и работать, есть даже пустой внутренний рынок, который готов принять любую продукцию. Но при этом ничего не растет, ничего не развивается.


Почему так получается, мне объяснил Геннадий Кокоев:

«Почему не получается? Я не постесняюсь сказать. Ввиду очень низкого уровня политической культуры и, быть может, даже непонимания руководством республики его места в социуме, в государстве. Мне кажется, только приход новых адекватных персоналий может переломить эту ситуацию».

По словам югоосетинского общественника Тимура Цхурбати, местное руководство не реагирует на инициативы бизнеса, потому что местное чиновничество, для которого главный источник благополучия – российская помощь, не видит для себя нужды тратить время и силы на развитие предпринимательства. Поэтому испытывают трудности не только те, кто нуждается в льготном кредитовании, но и те, кто не просит ничего, кроме самой возможности заниматься делом.

В течение почти двух лет югоосетинские предприниматели вместе с иранскими партнерами пытались получить добро руководства на создание в республике совместного предприятия. Предполагалось завозить на это предприятие иранское сырье или полуфабрикаты, а готовую продукцию экспортировать в Россию по льготным таможенным тарифам.


Тимур подчеркивает – денег не просили, все что требовалось от чиновников – одобрение внешнеэкономического проекта:

«Инициативная группа, которая вышла с проектом к правительству, не получила одобрения. Наши предприниматели организовали поездку в Иран, и из Ирана к нам приезжала делегация. Одна из иранских провинций выразила готовность открыть торговое представительство в Южной Осетии. Тем не менее правительство даже не стало рассматривать предложения инициативной группы. При этом неофициально ссылались на то, что якобы Россия против этого. Я в это не верю, такого быть не может, скорее всего, это просто отговорка конкретных чиновников.


Я не могу утверждать, но такое впечатление, будто проект завернули из-за того, что от этих инвестиций некоторым товарищам не светили откаты. Других объяснений я не нахожу».


В итоге ситуация с экономическим развитием получается как в песне из кинофильма «Бриллиантовая рука» про жителей острова, родившихся в понедельник.


А все потому, говорит научный сотрудник Института экономики РАН Александр Караваев, что государство выступает и в качестве заказчика, и в качестве исполнителя этого самого развития, да еще и в качестве оценщика результатов проделанной работы.


В общем, считает Александр Караваев, это похоже на то, что происходит во многих российских регионах, разница лишь в нюансах – масштабах, специфике и т.п.


Но в принципе никто не мешает распорядится российской помощью по-другому и получить результат, говорит Александр Караваев:

«Даже опыт России показывает, что можно было бы. Допустим, если средства на развитие региона были бы вручены нескольким управляющим компаниям, которые бы являлись операторами вот этого самого развития, и по разным направлениям своей деятельности отчитывались бы перед заказчиком. В чем может состоять их операционная деятельность, например, для агробизнеса? Создавать всю цепочку заново, начиная от тренингов для предпринимателей и фермеров, на которых помимо прочего была бы дана оценка наиболее перспективной продукции, которая могла бы выйти на внешний рынок, заканчивая льготными беспроцентными кредитами и субсидиями на развитие всей цепочки агропроизвоства – от выращивания продукции до ее переработки, упаковки, и вопросами экспорта.


– Даже льготные кредиты под 10% годовых здесь не уместны?

– Совершенно верно. Здесь не должен стоять вопрос какого-то процентного интереса. Деньги должны выдаваться не под процент, а под будущую деятельность, как это происходит во всем мире».

По мнению Александра Караваева, власти, например, могли бы выступить в качестве заказчика и обратиться к известному в России консалтинговому агентству с просьбой сформировать для республики модель взаимодействия бизнеса и власти с учетом местной специфики, задать стандарты и вступить в качестве оценщика.


Затем, созданная ими матрица переносится в практику. Внедрение поручается некоему агентству развития, в идеале, структуре не связанной напрямую с исполнительной властью.


Для этого не надо создавать какую-то новую элиту, преодолевать какие-то сложности. Для этого даже не обязательно модернизировать законодательство. Все упирается только в мотивацию.


Но если главная цель удержать деньги в своих руках, то тогда только и остается, что выдавать российскую помощь за собственный успех.


http://www.ekhokavkaza.com/a/28216019.html
Вернуться назад