Uasdan.com > Ответы > Женская доля

Женская доля


16 марта 2012. Разместил: Алан Чочиев
Кому – отель, кому – тюрьма

Пока избранный народом президент Южной Осетии Алла Джиоева пребывает фактически под арестом в клинике в Цхинвале, всё еще первая леди России в гордом одиночестве отдыхает в фешенебельном отеле в Италии.

Женская доля


Возможно, кому-то это сравнение покажется притянутым за уши, но эти два события, на мой взгляд, как-то удивительно совпали, образуя некую законченную картину.

Капитальный ремонт по всей вертикали

К нам в редакцию попало открытое письмо Аллы Джиоевой. Избранный президент Южной Осетии уже больше месяца пребывает фактически под арестом в республиканской больнице в Цхинвале, куда она попала после того, как ее штаб был взят штурмом местными спецподразделениями. В письме, которое мы печатаем с сокращениями, эта женщина размышляет не о своей судьбе – против нее ведется дело по статье 278УК РФ (!) «Насильственный захват власти или насильственное удержание власти», что подразумевает до 20 лет лишения свободы, – но о судьбе своей Родины.

«Тихим вечером девятого февральского дня оказалась я в республиканской больнице в столице Южной Осетии, о капитальном ремонте которой долго, много и с помпой писали и говорили. Мое пребывание в больнице стало очередной возможностью призадуматься над судьбами Отечества, над собственной судьбой, над судьбой своих близких, подвергнутых мною немыслимым страданиям, и задать себе и всему обществу ряд вопросов.

Двадцать три года назад я, обыкновенная осетинская учительница, вместе со своим народом поднявшаяся на борьбу за независимость, не подозревала, каким будет результат этой свободы. Сегодня я с грустью, если не сказать со скорбью, констатирую, что мы обрели свободу от законов, от совести, от чести и многих других понятий, делавших наше общество достойным в те лихие девяностые, когда только начинался наш долгий и тернистый путь к обретению признанной государственности Южной Осетии.

Эта прелюдия объясняет мое нынешнее состояние и предваряет нелегкие размышления показалось бы, одной конкретной проблеме, которая, однако, как в зеркале отражает многие наши сегодняшние беды и всё то плачевное состояние, в котором оказалась Южная Осетия.

Первое „озарение“ пришло еще в реанимации, почти сразу после восстановления из „сумерков“ сознания. Музейным украшением, свидетельствующим о новейших медицинских технических достижениях, были глухо молчащие по причине неисправности мониторы да выглядывающая из-под маскировочного укрытия неизвестная аппаратура. Баллон кислорода, стоящий как страж у моей кровати, – вот и всё, что здесь изменилось за послевоенные годы усиленных капитальных вложений.

Эти грустные констатации скрашивались высокой степенью немыслимо каким образом сохранившейся человечности всего медперсонала – от заведующей отделением до санитарочек. Низкий им всем поклон за сохраненный гуманизм, за верность своей благородной профессии.

Палата интенсивной терапии в отделении кардиологии, куда меня поместили, требует особого, детального описания, граничащего с инвентаризацией: две кровати, две прикроватные тумбочки, стол кухонный, стул, шкаф медицинский с препаратами первой необходимости да сиротливо жмущийся в углу монитор дефибриллятор – вот и весь XXI век югоосетинской республиканской больницы и весь интенсив. И, кроме всего прочего, безумно фонтанирующий из канализационных сетей, закамуфлированных сверкающим кафелем, СМРАД, который я точно никогда не забуду.

Еще грустнее становилось от созерцания почти подневольного труда техничек: одна санитарка на сутки в таком тяжелом отделении – это преступление. Убирать такое большое количество палат, туалеты, коридоры и т. п. за мизерные, с точки зрения хотя бы потребительской корзины, зарплаты – немыслимо. А интересно, главврач больницы, совмещающий эту должность с должностью заместителя министра здравоохранения РЮО, по совместительству еще и оперирующий хирург, смог бы прожить на 4 тыс. руб., которые получают его санитарки? Вопрос риторический: всем ясно, что это невозможно. Как невозможно в кардиологическом отделении республиканской больницы не иметь хотя бы одного кардиографа или любого другого кардиологического оборудования последнего поколения.

Почему мы не оснащаем главную больницу Южной Осетии современным оборудованием? почему по поводу простейших обследований мы по-прежнему гоним людей за тридевять земель? Почему никто и ни за что не несет ответственности? Куда делись средства спецсчета, принадлежавшие всему пострадавшему от агрессии народу и поглощенные кучкой проходимцев? Почему патриотизм стал бизнесом сочень грязным лицом, и все, кого посадили на эту иглу, безумно отдалились от людей? Почему преследовали тех, кто об этом прямо говорил, а не тех, кто совершал гнусное ограбление своих нищенствующих соотечественников?

Раньше многие из нас наивно полагали, что Москва обо всём этом не подозревает. Теперь, после выборов, мы узнали, что и Кремлю, и всем московским начальникам известно, что творится в Южной Осетии. И хотя я таки не в состоянии понять, откуда там, на высочайшем уровне, такое безразличие к судьбе дружественного, да что там – своего народа, тем не менее хочу верить и сказать: „Еще не поздно изменить нашу жизнь к лучшему. Надо просто всем очень этого захотеть самим“. В капитальном ремонте нуждаются ненасытные начальствующие и должностные души, в кардинальных, а не в косметических изменениях нуждается существующая в Южной Осетии власть…

Будет ли услышан мой очередной призыв, не знаю. Но ободренная надеждой, я продолжаю размышлять над одним из самых важных уроков, имеющих место в моей и нашей новейшей истории».

«Царица в термах»

Эта новость итальянских СМИ взорвала российский Интернет. Как утверждали журналисты Il Tirreno, Светлана Медведева, ее сын и человек 30 свиты и охраны полностью сняли фешенебельный пятизвездочный Grand Hotel La Pace в Монтекатини. Тут же замелькали цифры в тысячах евро за ночь за номер, потому что сложно предположить, что первая леди живет в стандартном одноместном номере. Разумеется, возник вопрос: за чей счет праздник? Пресс-служба Кремля, когда скандал набрал силу, пояснила, что «все расходы, связанные с ее пребыванием там», Светлана Медведева оплачивает сама. После чего блогеры тут же вытащили на свет декларацию о доходах супруги президента, опубликованную 11 апреля 2011 г. Согласно документу, она имеет три счета в банках, на которых, впрочем, нет ни копейки. Задавать в таких случаях вопрос, кто врет – высокопоставленный декларант или пресс-служба Кремля, в России как-то не принято.

Интересно высказался в связи с этой историей и владелец Grand Hotel La Pace Стефано Пуччи, заявив российским журналистам: «Я слышал, пресса писала, что сняли всю гостиницу, я был бы этому очень рад, но, к сожалению, это не так. Гости, о которых вы спрашиваете, оплачивают только свои номера». При этом он деликатно умолчал, что для высокопоставленных гостей заранее открыли отель, который обычно в зимнее время не функционирует. Так и встают перед глазами кадры из знаменитого фильма «Сияние». Так и видится Светлана Медведева, сама готовящая обед себе и охране на кухне пустующего отеля...

Виктор ФРАНК
Источник: германская русскоязычная газета, Берлин "ЕВРОПА-ЭКСПРЕСС" • №12 (732) 19.03. – 25.03.2012

Вернуться назад